Судья Стадлер: «Свидетель, сколько пальцев я Вам показала?»


Оригинал
этого материала
«Новая
газета», 15.05.2000, Фото автора.
Судья Стадлер: «Свидетель, сколько пальцев
я Вам показала?»

Некоторые подробности
швейцарского «дела Михайлова»

Олег Лурье

Автор статьи с главным
героем и любимой женой

      11
декабря 1998 года российский гражданин
Сергей Михайлов был полностью оправдан
жюри присяжных швейцарского суда по
уголовным делам. Швейцарская полиция
предъявляла Михайлову следующие обвинения:
отмывание денежных средств (статья 305 УК
Швейцарской Конфедерации), нарушение
федерального закона о приобретении
недвижимости иностранцами и, самое главное,
участие в криминальной организации «солнцевских»,
предположительно в роли ее лидера, по
прозвищу Михась (статья 260 УК Швейцарской
Конфедерации). Михайлов провел в женевской
тюрьме Шан-Долон два года и два месяца.

       После того как в
декабре 98-го Сергей Михайлов прилетел в
Москву, в прессе и на телевидении поднялся
информационный шквал. Каждое СМИ по-своему
трактовало происшедшее. Полный провал
Карлы Дель Понте и всей швейцарской фемиды!
Лидер «солнцевских» на свободе! Михайлова
обвиняют незаслуженно, он не виноват ни в
чем! Российские правоохранительные органы
помогали не коллегам, а Михайлову!
Противоречивые факты и откровенные «утки»
сыпались на головы изумленных читателей и
зрителей. И в суматохе информационных боев
никто не обратил внимания на одну фразу
прилетевшего в Москву Михайлова: «За всей
швейцарской историей стоит американская
организация под названием ФБР».

       Меня это
высказывание весьма заинтересовало, и я в
течение последнего года пытался разыскать
факты и документы, связанные с влиянием ФБР
на швейцарскую полицию и прокуратуру. И вот
совсем недавно мне удалось получить
некоторые материалы из семидесяти двух
томов уголовного дела Сергея Михайлова за
№ Р9980-96 и ряд документов, почему-то не
попавших в это уголовное дело. Вот что мне
сказал в конфиденциальной беседе один из
сотрудников правоохранительных органов
Женевы: «Эти уникальные документы
рассказывают о связях США и Швейцарии на
уровне спецслужб, цель которых одна —
оправдать свое существование на деньги
налогоплательщиков и убедить население
своих стран в том, что во всех экономических
бедах этих стран виновата Россия, а точнее,
ее мафия, и самое главное — не допустить
Россию к мировому бизнесу».

       Уголовное дело
Михайлова вел судебный следователь Жорж
Зекшен — начинающий свою карьеру,
мечтающий сделать имя. А для этого ему
необходим был обвинительный приговор.
Зекшен не жалел ни сил, ни времени для
поиска доказательств, подтверждающих, что
Михайлов — лидер преступной группы под
названием «солнцевские». А кто, как не ФБР,
сможет помочь молодому следователю? Зекшен
за два года, пока тянулось следствие,
несколько раз побывал в США, в штаб-квартире
ФБР. Он оперирует американскими докладами о
русской мафии, привозит свидетелей из США (в
частности агентов ФБР).
       Свидетель
обвинения №1: экс-агент ФБР Левинсон

       Специальный агент
ФБР Роберт Левинсон долгое время занимался
борьбой с наркотиками в странах Юго-Восточной
Азии. В начале 90-х Левинсон занялся Россией
и вскоре стал «специалистом по русской
мафии». Он постоянно утверждает, что имел
самое прямое отношение к «процессу
Япончика». Правда, в сотнях томов по делу
Иванькова фамилия агента Левинсона
упоминается всего три раза. Однако именно к
сотруднику ФБР Роберту Левинсону
обращается швейцарский следователь Жорж
Зекшен с просьбой помочь в зашедшем в тупик
«деле Михайлова».

       Роберт Левинсон
рассказал Зекшену, что одной из самых
крупных и опасных преступных группировок
России является «солнцевская», а Михайлов,
по его мнению, — хозяин преступной Москвы, и
не только столицы, но и всей страны.
Материалы, предоставленные Левинсоном,
являлись дайджестом из статей,
опубликованных в российской и зарубежной
прессе. Конечно, и Зекшен, и Левинсон
понимали, что общие фразы не произведут
впечатления на швейцарских присяжных, и,
получив «добро» от начальника «русского»
отдела ФБР Реймонда Керра, начали розыск
фактического материала. В частности, они
подготовили для швейцарского суда
следующую справку по делу Михайлова, часть
которой мы предлагаем читателю в дословном
переводе:

       «…В «солнцевской»
ОПГ в качестве казначея общественной
преступной кассы работал некий Леонид
Орлов. Орлов был уличен в том, что воровал
деньги из кассы. Михась (Михайлов) принял
решение его убить, но потом передумал. Он
распорядился физически изувечить Орлова и
материально разорить. Это сделали «солнцевские»
боевики. Леониду Орлову выкололи глаз,
поломали руки и ноги, а также отобрали
автомашину «Вольво» и трехкомнатную
кооперативную квартиру».

       Точно такое же
заявление сделал агент ФБР Левинсон на
заседании суда в Женеве 3 декабря 1998 года.
Роберт Левинсон заявил суду следующее (из
стенограммы): «Я прибыл в Женеву для того,
чтобы дать показания как частное лицо, хотя
и использовал информацию от разветвленной
сети информаторов в среде российской
преступности… Я эти сведения собирал давно
и подтверждаю, что казначею преступников
Леониду Орлову выкололи глаз по приказанию
Михайлова — Михася… Также хочу довести до
сведения суда, что вся предоставленная мной
информация является строжайшей тайной ФБР
и огласке не подлежит».

       И тут команде ФБР
были нанесены два сокрушительных удара.

       Удар № 1 (цитируем
по стенограмме суда): «Слушание уголовного
дела № Р9980-96. Женева. Дворец правосудия. 7
декабря 1998 г. Утреннее заседание.
Свидетельские показания дает бывший
генеральный прокурор США адвокат Ремси
Кларк. Текст выступления Ремси Кларка: «Я
хотел бы обратиться к показаниям бывшего
агента ФБР Роберта Левинсона. Отказываясь
назвать тех людей, которые снабжали его
информацией, Левинсон ссылается на
соображения секретности. Но ведь в суде их
информация рассматривается как
свидетельские показания. Люди, снабжающие
Левинсона информацией, должны были прибыть
в суд и дать показания… Из всех
международных законов следует одно: раз не
прибыли люди, готовые подтвердить свои
слова, то показания Левинсона, ни на чем не
основанные, не могут рассматриваться судом…
Кроме этого, проблемой России в ФБР сейчас
занимается другой офицер. Левинсон в ФБР не
работает. Какое же право имеет Левинсон
давать показания, ссылаясь на сведения,
якобы полученные спецслужбой?! Это
грубейшее нарушение закона… Такая
деятельность работника спецслужбы другого
государства рассматривалась бы в США
только как шпионская, и в суде он мог бы быть
исключительно обвиняемым, но никак не
свидетелем…»

       Удар № 2: Когда
объявили, что показания будет давать Леонид
Орлов, в зале вдруг воцарилась полная
тишина. Все напряженно рассматривали глаза
Орлова, один из которых, по свидетельству
агента ФБР Левинсона, якобы велел выколоть
Сергей Михайлов. Допрос Орлова был
настолько любопытен, что я вновь привожу
цитату из стенограммы суда. «Слушание
уголовного дела № Р9980-96. Женева. Дворец
правосудия. 7 декабря 1998 г. Утреннее
заседание.

       Адвокат
Паскаль Маурер:
Нам рассказали, что
Михайлов заказал ваше убийство?

       Орлов: Я
узнал об этом из газеты.

       Паскаль Маурер:
Нам рассказали, что вы были объектом
наказания, а также у вас отняли «Вольво» и
заставили переписать собственную квартиру
на имя Михайлова. Это так?

       Орлов: Я не
подвергался никаким наказаниям. Мои машина
и квартира всегда принадлежали и
принадлежат только мне. Я ни на кого никогда
их не переписывал.

       Паскаль Маурер:
Нам сказали, что вы потеряли глаз.

       Орлов:
Какой глаз?

       Паскаль Маурер:
Что значит «какой глаз»? Вы знаете, что
такое глаз?

       Орлов:
Конечно. Я хочу уточнить, какой глаз я
потерял — правый или левый? (Смех в зале.)

       Судья
Антуанетта Стадлер:
У вас настоящие
глаза? (Громкий смех в зале.)

       Орлов: У
меня настоящие глаза.

       (Судья показывает
свидетелю три пальца.)

       Судья
Антуанетта Стадлер:
Сколько я вам
показываю пальцев?

       Орлов (закрывая
левый глаз):
Я смотрю правым глазом. Три
пальца.

       (Президент суда
показывает два пальца.)

       Орлов (закрывая
правый глаз):
Я смотрю левым глазом. Вы
показываете два пальца. (Смех в зале.)

       Паскаль Маурер:
Как вы себя чувствуете сейчас, в зале суда?

       Орлов:
Нормально чувствую».
Свидетель №2: осведомитель ФБР
Шранц

       Вторым по важности
свидетелем, представленным швейцарской
юстиции их коллегами из ФБР, был некий Майкл
Шранц. «Господин Майкл Шранц, 1963 года
рождения, австриец, служащий. Проживает: США,
Флорида, Форт Лодердейл, резиденция ФБР.
Дает показания судебному следователю Жоржу
Зекшену на территории США 19 ноября 1997 года.
10 часов 20 минут».

       Во время беседы в США
Шранц дал показания, что в Вене он работал в
службе охраны одной из крупных фирм,
возглавлял которую бизнесмен, говоривший
на русском языке. Один человек, приезжавший
в фирму из России, привлек внимание Шранца.
Звали его Сергей Михайлов. На первом
допросе Шранц утверждал, что подслушивал
разговоры своего шефа с Михайловым, которые
общались на блатном языке, свойственном
российским преступникам. То есть на «фене».
Далее Шранц сообщил, что Сергей Михайлов
настолько проникся к нему, Шранцу,
уважением, что попросил осуществить
несколько заказных убийств. На что Майкл
Шранц ответил отказом и вынужден был бежать,
скрываясь от «солнцевских». После чего он
переехал в США и попросил защиты у ФБР. На
вопрос о знании русского языка Шранц
ответил, что раньше хорошо знал его, но
совсем недавно полностью забыл.

       А мы теперь
перенесемся на год вперед и вновь окажемся
в зале суда в Женеве, на процессе Михайлова.
Итак, 2 декабря 1998 года. Вечернее заседание.
Судья и присяжные ожидают свидетельских
показаний Майкла Шранца, прибывшего из США
в сопровождении агентов ФБР. Он должен
давать показания по видеомонитору,
находясь в специальной бронированной
комнате, так как, по заявлению Шранца, он
опасается покушения со стороны «солнцевских»
друзей Сергея Михайлова. В зале установлены
мониторы. Судья Стадлер покинула зал, дабы
лично убедиться, что в комнате находится
именно Майкл Шранц, а не кто-либо иной. Минут
через пятнадцать она вернулась и не
скрывала, что обескуражена.

       «Дело в том, господа,
— произнесла она, — что юридическое лицо по
имени Майкл Шранц отсутствует. Есть только
господин, который утверждает, что он
приехал из США и раньше назывался Майкл
Шранц. Однако и имя, и фамилию по
соображениям безопасности он сменил. К тому
же этот человек отказался назвать мне свое
новое имя!»

       Что творилось в зале!
Всеобщий хохот вызвал адвокат Маурер,
который, подобрав полы своей шикарной
мантии, забрался под стол и оттуда вопрошал:
«Шранц, ты где? Отзовись, Шранц!».

       Судья Антуанетта
Стадлер второй раз покинула зал и вернулась
через двадцать минут. Она сообщила
присутствующим следующее: «Учитывая, что
юридическое лицо, вызванное в суд в
качестве свидетеля обвинения под именем
Майкл Шранц, отсутствует, допрос свидетеля
отменяется. Все расходы по проезду из США в
Швейцарию и обратно, а также по пребыванию в
Швейцарии отнести на счет гражданина,
прибывшего для дачи показаний, но не
пожелавшего назвать свое имя. Сегодняшнее
заседание считаю закрытым».

       P.S.

       В принципе, Бог с
ними, со швейцарцами и американцами. Нас
интересует позиция своих, родных
прокуроров и сотрудников спецслужб. Они,
может быть, тоже потешались, читая этот
материал? Но хотелось бы спросить: почему в
выяснении истины по этому уголовному делу,
да и некоторым другим заинтересованы лишь
их зарубежные коллеги? Почему не были
представлены суду те материалы, которые
хранятся в российских сейфах
Генпрокуратуры, ФСБ и МВД? Это — поза?
Принципиальная позиция? Или — умысел?

       Американцы-то,
конечно, преследовали свои интересы в
Женеве, стращая местных присяжных, но
почему интересы Российского государства
оказались невостребованы?
 

Источник прессы: www.compromat.ru
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.