Неприкасаемый «МИБ»

Неприкасаемый «МИБ»
«Версия», 23.05.2000
Привет от Брежнева. В созданный в 1970 году и
работающий до сих пор в Москве банк было
вложено 2 миллиарда долларов партийных
денег
Пётр Прянишников
Началось всё с пустяка. Хотя, как
говорится, самые грандиозные и
продуманные операции рушатся именно из-за
мелочей. В редакцию попало несколько
документов, каждый из которых
приоткрывал завесу тайны над очень
крупной махинацией. Заглядывая вперёд,
скажем только, что нам удалось
обнаружить очень большие деньги,
спрятанные советскими властями и
спецслужбами ещё при Брежневе. Если это
на самом деле так, что наверняка должно
проверить современное российское
правительство, то эпопею с поиском «золота
партии» можно считать законченной. Но
обо всём по порядку.
Альфа-банк выходит на мировую
арену
Однажды, в 1997 году, крупный и успешный
Альфа-банк решил выпустить так
называемые евробонды на сумму в 300
миллионов долларов. Размещались эти
еврооблигации на Западе, а
организаторами этой операции выступали
такие именитые американские структуры,
как Morgan Stanley Dean Witter, Salomon Brothers и Goldman Sachs.
Альфа-банку деньги были необходимы для
развития, а западные инвесторы получали
свои законные 10,375 процента. Разумеется,
вышеназванные банки не сами покупали
ценные обязательства Альфа-банка, а
привлекли к этому делу ещё немалое число
инвесторов. В общей сложности удалось
Альфа-банку от всего этого мероприятия
получить 175 миллионов долларов. Пусть и
не 300, как хотелось, но всё-таки тоже
сумма вполне приличная.

Надо заметить, что американцы, не будь
дураки, поставили несколько условий,
одним из которых было небольшое
скромное обязательство. В случае, если
долги Альфа-банка вдруг превысят 7
миллионов долларов, наступает кросс-дефолт.
А это, как известно, означает
банкротство. Рисковать своими деньгами
американцы явно не хотели и поспешили
проверить, не должен ли кому-нибудь
Альфа-банк означенную сумму. Проверили:
вроде бы не должен. И с лёгким сердцем
дали деньги. Напомним: на дворе стоял 1997
год. 
«Деньги мы у вас взяли, но
похоже на то, что отдать не сможем…»
Потом случился знаменитый российский
кризис 1998 года и все российские банки
начали испытывать проблемы. Кстати
говоря, Альфа-банк пережил кризис
наименее болезненно, более того, в банк
перешли на обслуживание многие крупные
клиенты. Одним словом, к середине
прошлого года дела у Альфа-банка шли
настолько хорошо, что он решил
возвращать взятые ранее кредиты. Здесь и
начинается самое интересное. В редакцию
попало письмо от 7 июня 1999 года,
подписанное председателем совета
директоров «Альфа Группы» Михаилом
Фридманом. Адресовано оно заместителю
председателя правления Международного
инвестиционного банка (МИБ) г-ну Р. Амадо-Бланко.
Михаил Фридман пишет следующее:

«Благодарим вас за встречу,
состоявшуюся между сотрудниками наших
банков 4 июня 1999 года в МИБ и посвящённую
оценке дальнейшей работы наших банков
по депозитам на общую сумму 20 млн.
долларов США, размещённых МИБом в Альфа-банке. 

С учётом состоявшегося обмена мнениями
мы просим вас переразместить
действующие депозиты ещё на два месяца,
соответственно до 9 и 23 августа 1999 года,
поскольку, как мы и отмечали в ходе
встречи, в течение ближайших двух
месяцев Альфа-банк должен осуществить
частичное погашение долга по программе
USCP и оплату купона по
еврооблигационному займу. При этом
Альфа-банк будет, как и ранее,
своевременно осуществлять погашение
процентов по депозитам на месячной
основе. 

Далее, начиная с сентября 1999 года, исходя
из прогнозируемого расчёта ликвидности,
Альфа-банк будет в состоянии
осуществлять частичное погашение
депонированных ресурсов…» 

Текст письма недвусмыслен: может быть,
Альфа-банк и отдаст часть денег, а, может
быть, ещё и не отдаст. При этом надо
отметить, что 20 миллионов долларов –
сумма немаленькая, да и МИБ среди очень
крупных банков не замечен. Однако,
несмотря на всё это, ответ Альфа-банком,
судя по всему, получен положительный.
Поскольку всего через два месяца, 16
августа, следует второе письмо от «альфовцев»,
тон которого ещё жёстче:

«Альфа-банк имеет долгий и
конструктивный опыт сотрудничества с
МИБ. Как вы знаете, мы всегда выполняли
обязательства, принятые перед вашим
банком по различным операциям.

Однако состояние финансовых рынков,
сложившееся после событий 17 августа 1998
года, существенно ограничило
ликвидность Альфа-банка и как следствие
возможности по обслуживанию депозитов
МИБ, размещённых в Альфа-банке по
довольно высокой процентной ставке. 

После тщательного анализа текущего
состояния мы пришли к выводу о
невозможности дальнейшего обслуживания
этих депозитов и их погашения». 

Говоря иными словами, Альфа-банк честно
и откровенно заявляет, что платить
проценты с полученных им 20 миллионов
долларов он не собирается и, что главное,
отдавать их обратно тоже не хочет. Судя
по тону письма, Альфа-банк в своих силах
уверен. Что же на это говорит МИБ?
Начинает скандалить, подаёт в суд, даёт
статьи в газету? Нет. Эти 20 миллионов
долларов с процентами МИБ не очень-то
волнуют. Шум поднимать ему явно не
хочется, на что решительные «альфовцы» и
рассчитывают. 
На грани дефолта
Сумма в 20 миллионов долларов – вещь
солидная. Помните, в 1997 году, когда
западные инвесторы покупали «альфовские»
евробонды, они ставили одно условие?
Напомним, если долги превышают 7
миллионов долларов, то наступает кросс-дефолт
банка. Так при чём здесь эти 20 миллионов,
спросите вы, ведь речь идёт о 1999 годе. На
самом деле нам удалось установить, что
Альфа-банк брал у МИБа два депонента по 10
миллионов долларов каждый – в 1995 и в 1997
годах, то есть до размещения евробондов.
Потом оба эти депонента, размещённые
первоначально на три месяца,
продлевались по нескольку раз, так что к
1999 году все деньги подошли в целости и
сохранности. 

Получается следующая картина: Альфа-банк
скрыл от инвесторов свой долг в размере
20 миллионов долларов с процентами, в
связи с чем вообще-то должен немедленно
наступить кросс-дефолт. Более того, в
конце концов Альфа-банк решил и вовсе
эти деньги кредитору не отдавать. А
кредитор молчит и никакого скандала не
устраивает. Что же получается? Некий
таинственный Международный
инвестиционный банк, не входящий ни в
какие банковские рейтинги
экономических журналов, запросто
отказывается от 20 миллионов долларов! Не
странно ли это? Конечно, странно. 

Так что же это за банк? В ответ на запрос
заместитель председателя правления
МИБа г-н Р. Амадо-Бланко на фирменном
бланке пишет следующее:

«В ответ на ваше письмо от 17 апреля 2000
года сообщаем, что в соответствии со
статьёй XIII Соглашения об образовании
Международного инвестиционного банка,
зарегистрированного в Секретариате
Организации Объединённых Наций 1
декабря 1971 года за № 11417, имущество банка,
его активы и документы независимо от
места их нахождения, а также операции
банка пользуются иммунитетом от
административного и судебного
вмешательства в любой форме.

Кроме того, Международный
инвестиционный банк не является
российским юридическим лицом. Учитывая
вышеизложенное, предоставить сведения,
запрашиваемые вами, не представляется
возможным». Вот так. Получается, что
никто – ни налоговая полиция, ни МВД, ни
ФСБ, ни внешняя разведка, ни лично
премьер-министр – не может попасть в
офис банка и выяснить, чем они там
занимаются. И откуда столько полномочий?
Да любой российский олигарх отдал бы всё
за такие ценные гарантии безопасности! 
«Все операции и сотрудники
МИБ пользуются дипломатической
неприкосновенностью…»
Нам удалось найти только один
любопытный документ, проливающий свет
на существование МИБа. Это «Соглашение
об образовании банка» и его устав. Оба
этих документа немедленно повергают
читающего в шок. Впрочем, судите сами.

Заметим, что соглашение подписано ещё в
1970 году. Договаривающимися сторонами в
этом соглашении являются правительства
Болгарии, Венгрии, Вьетнама, ГДР, Кубы,
Монголии, Польши, Румынии, СССР и
Чехословакии. Это весь социалистический
блок. Казалось бы, что тут такого: страны
– члены СЭВ создают банк для ускорения
работы друг с другом. Но… В статье 3 «Соглашения…»
речь идёт об уставном капитале банка.
Цитируем: «Уставный капитал банка
определяется в сумме 1 млрд. 300 миллионов
ЭКЮ. Он образуется в свободно
конвертируемых, а также в национальных
валютах стран-членов или в золоте. При
этом доля национальных валют в капитале
не превышает 5%». Для тех, кто забыл, что
такое ЭКЮ, напомним, что оно больше
доллара, так что уставный капитал МИБа в
далёком 1970 году составлял около 2
миллиардов долларов. Сумма, согласитесь,
немаленькая. 

Из этих 1,3 миллиарда ЭКЮ на долю СССР (а
значит, и России как правопреемницы)
приходилось 580,7 миллиона, что составляет
около 45 процентов от уставного капитала.
Учитывая, что такой страны, как ГДР,
больше нет, да ещё какие-нибудь
изменения на протяжении этих 30 лет,
можно предположить, что у России в МИБе
контрольный пакет акций. Недаром штаб-квартира
банка находится в Москве, на улице Маши
Порываевой. Кстати, как говорят, эти три
банкирские башни принадлежат МИБу, но
две из них он сдаёт в аренду Альфа-банку
и ОНЭКСИМу. 

Однако вернёмся к «Соглашению…». Помимо
гигантского уставного капитала, оно
таит в себе ещё немало любопытных фактов.
Ещё три статьи этого «Соглашения…»
настолько интересны, что мы приводим их
почти полностью. 

Вот, например, статья 13. Пункт первый
гласит, что «имущество банка, его активы
и документы независимо от места их
нахождения, а также операции банка
пользуются иммунитетом от
административного и судебного
вмешательства в любой форме, за
исключением случаев, когда банк сам
отказывается от иммунитета. Помещения
банка, а также его отделений и
представительств на территории любой
страны – члена банка являются
неприкосновенными». 

Пункт 2 этой статьи идёт ещё дальше: «Банк
на территории стран – членов банка: 

а) освобождается от всех прямых налогов
и сборов, как общегосударственных, так и
местных. Это положение не будет
применяться в отношении платежей за
предоставление коммунальных и других
услуг;

б) освобождается от таможенных сборов и
ограничений при ввозе и вывозе
предметов, предназначенных для
служебного пользования;
в) пользуется всеми льготами в отношении
первоочерёдности, тарифов и ставок
почтовой, телеграфной и телефонной
связи, которыми в этой стране пользуются
дипломатические представительства». 

Получается, что МИБ мало того что
обладает огромным капиталом, так ещё и
не платит с него никакие налоги, а к тому
же пользуется исключительными
дипломатическими привилегиями! Статья 14
данного «Соглашения…» предоставляет те
же самые полномочия и представителям
стран и межгосударственных организаций
в совете банка, а статья 15 дарует полную
неприкосновенность и непрозрачность
должностным лицам банка.

Здесь, правда, есть одна зацепка: в
пункте 1 статьи 15 написано, что «фамилии
таких должностных лиц периодически
сообщаются председателем правления
банка компетентным органам стран –
членов банка». Одним словом,
компетентные органы должны быть в курсе,
что есть такой банк и что он пользуется
совершенно немыслимыми для
обыкновенной кредитной организации
правами. 
Банк, в котором лежит полтора
российских бюджета
Немного простой арифметики. Допустим,
что полученные в далёком 1970 году два
миллиарда долларов МИБ просто перевёл в
другой банк, скажем, в Швейцарию. Под
небольшой процент, допустим, в 5–7%
годовых. Хотя в принципе процент на
такую сумму будет и побольше. Получается,
что если бы банк не шевелил ни одним
пальцем, то есть не инвестировал деньги
в производство и т.д., то сейчас всё равно
капитал банка должен был бы составить
порядка 30 миллиардов долларов, то есть
почти полтора российских бюджета. Если
учесть, что доля России в МИБе
составляет 45%, то нам принадлежит около
13,5 миллиарда долларов. Возникает вопрос:
знают ли об этом в российском
правительстве? Заложены ли, скажем,
проценты с этой суммы в доходной части
российского бюджета? Вроде бы не
заложены, нет такой строки. А ведь сумма
в 13,5 миллиарда долларов – это больше,
чем все кредиты МВФ, вместе взятые. А
годовые проценты с этой суммы – это
почти в два раза больше полученного нами
от Всемирного банка так называемого
угольного транша, которым так гордится
наше правительство. 

Судя по тому, что эти деньги нигде не
фигурируют, власти о них просто не
подозревают. Единственный след ведёт в
спецслужбы, которым по уставу МИБа
положено знать подробности. Вот здесь-то
и появляется главный вопрос: что за
деньги были положены в банк
правительствами соцстран ещё в 1970 году и
почему эти деньги были столь тщательно
засекречены? Нас сопоставление этих
фактов наводит на мысль, что в МИБе лежат
деньги КПСС и других коммунистических
партий, с чем связаны и беспрецедентные
полномочия, и немыслимые суммы капитала
банка. Именно компетентным органам и
было поручено следить за
неприкосновенностью МИБа, а значит,
именно в спецслужбах следует искать
ответа на вопрос, откуда взялся МИБ и
кому он принадлежит. 

Что же касается Альфа-банка, то и он
попадает в неприятное положение: либо
должен быть объявлен кросс-дефолт банка
из-за несоблюдения условий договора о
выпуске евробондов, либо банк может быть
обвинён в отмывании денег. Потому что
иначе как отмыванием денег нельзя
назвать ситуацию, когда один банк даёт
большие деньги другому, а назад забрать
их не хочет. Выходит, что деньги эти ему
не нужны и отдавал он их специально.
Верить в такой поворот событий не
хочется, но если верна наша первая
догадка – о том, что это деньги КПСС, –
то как ещё сохранившим их спецслужбам
обналичивать деньги себе на жизнь?
 

Источник прессы: www.compromat.ru
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.