Гусинский- крутой червяк

Гусинский- крутой
червяк

Оригинал
этого материала
«Коммерсант-Власть»,
22.09.2000

Свобода от слова

Глеб Пьяных
Почти два месяца «Газпром» и «Медиа-Мост»
свято соблюдали главное условие своей
июльской сделки — ни слова в прессу.

Попытки сообщить гражданам хотя бы жалкие
крохи просочившейся информации —
например, о том, что Владимир Гусинский
принял принципиальное решение о продаже
«Медиа-Моста»,— пресекались на корню
обеими сторонами. 1 августа обе стороны
опровергали информацию «Коммерсанта»
и «Ведомостей», написавших, что
договоренность о покупке «Газпромом»
«Медиа-Моста» практически достигнута.

Все рухнуло 18 сентября, когда текст
договора появился в Интернете, а пресс-служба
«Газпрома-медиа» и лично глава «Газпрома»
Рем Вяхирев обрушились на «Медиа-Мост»
с обвинениями в срыве сделки. И оказалось,
что все были правы — и те, кто утверждал,
что Владимир Гусинский принял решение
продать дело своей жизни, и те, кто говорил,
что он его никогда не отдаст. Потому что
соглашение было подписано, но не выполнено.

Впервые столь наглядно миру
продемонстрировали, как в России
заключаются и исполняются сделки. Ведь по
большому счету в соглашении между «Газпромом-медиа»
и «Медиа-Мостом» удивительно только
одно — то, что подробности его заключения
и отказа это соглашение исполнять были
вывалены на всеобщее обозрение. А в целом
разве кто-нибудь сомневался, что
большинство сделок в России заключаются
именно так?

И все же скандал породил ряд вопросов. Кто в
этой истории больше проиграл? Кто кого
обманул первым? Где кончается борьба за или
против свободы слова и начинаются голые
коммерческие интересы? Как будут
развиваться события дальше: то есть
насколько далеко готов зайти «Газпром»
(читай — Кремль) и насколько уверен в
своей неуязвимости Владимир Гусинский?
Покинет ли свой пост министр Лесин и как
будет отмываться Кремль от «приложения #6»
(если, конечно, сочтет это необходимым)?

На некоторые из этих вопросов дает ответ
интервью «Власти» главы «Газпрома-медиа»
Альфреда Коха. К сожалению, к моменту
подписания этого номера журнала никто из
высших менеджеров «Медиа-Моста», к
которым обращались корреспонденты «Власти»,
не стал комментировать подробности
переговоров, которые, как утверждает Кох,
прошли в Лондоне 13 сентября.

Альфред Кох: Гусинский шесть месяцев
водит нас за нос

Вам не кажется, что Гусинский сейчас
побеждает?

— Это вам кажется, а не мне. Мне так не
кажется.

— Вот уже полгода, как он не продает НТВ. И
может не продавать еще очень долго…

— Ну, мы в этом тоже убедились. Поэтому будем
решать вопрос судебно-правоохранительными
способами.

— Мы писали, что юридически корректно
забрать у Гусинского НТВ за долги нельзя —
долги записаны на ЗАО «Медиа-Мост»,
которому НТВ не принадлежит.

— Секундочку. Давайте разберемся. Вы
написали, что юридически корректно забрать
НТВ нельзя, и теперь свое мнение подаете как
истину, с которой я должен либо согласиться,
либо показаться идиотом. Это не так, я
просто не согласен с этим, оставаясь умным
человеком. Я считаю, что юридически
корректно забрать можно.

— В общих чертах не скажете, как?

— Нет, не скажу.

— … Разве не видно, что телекомпания НТВ и
ЗАО «Медиа-Мост» существуют
отдельно друг от друга? А долги висят на ЗАО «Медиа-Мост».

— Ну и что?

— Это доказывает, что иск о банкротстве
ЗАО «Медиа-Мост» не приводит к
переходу прав собственности на НТВ.

— Это смотря как его сформулировать.

— Да как ни формулируй, отсуживать активы
в арбитражных судах России — безнадежная
волокита.

— Знаете, когда создавался холдинг «Медиа-Мост»,
в него входило абсолютно все, весь
медиабизнес Гусинского. И когда мы брали в
качестве залога под наши гарантии акции «Медиа-Моста»
общим количеством 40%, туда входило все. А
потом, когда мы за них заплатили $211 млн и
написали им письмо с просьбой предоставить
предложения, как урегулировать эту
задолженность, они вывели активы. По-моему,
можно юридически корректно, совершенно
спокойно восстановить все в прежнем виде.
Либо судить тех, кто выводил активы, за
мошенничество. За сознательное ухудшение
предмета залога. Правильно?

— Теоретически, может быть, но такого
прецедента в нашей стране не было.

— Будем его создавать. Именно поэтому мы
попросили прокуратуру проверить. Если бы
речь шла о хозяйственном споре, это одно. Но
на наш взгляд, там есть состав уголовного
преступления. Это называется мошенничество,
это уже не арбитражное разбирательство, это
уголовное разбирательство. Мы заявили в
правоохранительные органы, что, по нашему
мнению, совершено уголовное преступление.
«Получается, что свобода
слова стоит $500 млн, а не 300»

— До меня дошли слухи о том, что в
середине сентября Гусинский выдвинул новые
условия продажи НТВ. Он заявил, что нужно
платить не только ему самому и не только
отступные его топ-менеджерам, но еще и
некоему израильскому инвестиционному
фонду. Это правда?

— Да. Но название фонда нам не было названо.

— Это случилось в Лондоне 13 сентября?

— Да. Но должен сказать, что лично с
Гусинским я последний раз встречался 26 июля,
когда он подписал контракт (как утверждает
Альфред Кох, соглашение только датировано 20 июля,
но подписано 26-го.— Ъ). После этого он сел
в машину, уехал в аэропорт и улетел в
Испанию. Больше мы не виделись.

Теперь что касается 13 сентября. Я
встречался в Лондоне с Малашенко. Мы
договаривались, что встреча будет
конфиденциальной. Но господин Малашенко
рассказал о ней по «Би-би-си». Поэтому я
свободен от обязательств.

Эта встреча произошла странным образом.
Малашенко почему-то позвонил Лесину и
сказал, что он хотел бы, чтобы я был в среду в
Лондоне, чтобы он мог со мной встретиться.
Лесин позвонил мне: «Не понимаю, почему
Малашенко не может тебе позвонить сам, но он
хочет, чтобы ты был в Лондоне». Я позвонил
Цимайло и говорю: «Андрей, я узнал, что
Малашенко хочет со мной встретиться в
Лондоне. Ты подтверждаешь эту информацию?»
Он говорит: «Я тебе перезвоню через
полчаса». Через полчаса позвонил и сказал:
«Да, действительно Малашенко хочет с
тобой встретиться».

Чувствуете, какие тайны Мадридского двора?
Обычно Малашенко мне звонит, и мы спокойно
обо всем договариваемся. А тут нет, довольно
странно. Ну ладно, я отвечаю: «О`кей, но
сейчас уже вечер, нужны билеты, то, се».
Цимайло говорит: «Да ты не беспокойся. У
меня завтра чартер, я тоже лечу в Лондон. У
меня там свои дела, зубы лечить надо». Я
уточняю: что, мол, да как. «Ну вот приедешь
в Шереметьево-1, скажешь ‘Цимайло’ —
всякий знает».

Утром я приезжаю в Шереметьево:
действительно, чартер, бизнес-джет на шесть
человек. И вот мы прилетаем в Лондон в
аэропорт для частных самолетов. Нас
встречает на двух «Мерседесах»
Малашенко, весь в черном, импозантный такой,
отдохнувший, как говорится, пахнущий вином
и барашком, как Остап Бендер говорил.
Приезжаем в «Парклейн», шикарный отель,
у них там бизнес-рум уже снят… То есть это
вот люди, которые денег должны, понятно, да?
Это я к чему все рассказываю: мало того, что
сам Гусинский, так там еще Малашенко, и
Цимайло, и все остальные, так сказать,
офицеры, летают на частных самолетах,
чартерах. У каждого свой дом, теннисные
корты, бассейны, яхты…

— Красиво рассказываете…

— В «Парклейне» подали кофе, Малашенко
садится: «Я даже не знаю, с чего начать,
Альфред Рейнгольдович…» — «С начала.
Мы заключаем сделку? ‘Газпром-медиа’ взял
кредит в банке, идут проценты, это наши
убытки».— «Да, это важно,— отвечает
Малашенко.— Но есть одна проблема. Когда нам
было трудно, нас выручил один израильский
инвестиционный фонд. Купил 20% акций НТВ…» —
«И сколько они хотят?» — «$200 млн».—
«Ну и платите».— «Понимаете, вы нам
платите $300 млн, если мы отдаем 200, то нам
остается 100. На всех. Сделка получается нам
неинтересна… Может быть, вы заплатите?» —
«Нет. Мне и так консультанты говорят, что
773 млн — много».— «Тогда мы
вынуждены будем отказаться от сделки. И
сами понимаете, что будет после этого:
угроза свободе слова, мародеры, кровавая
рука Кремля…» — «Ну а если мы
согласимся добавить $200 млн, то тогда
ничего этого не будет?» — «Да».—
«Получается, что свобода слова стоит $500
млн, а $300 млн не стоит?» — «Ну не надо
так трактовать мои слова»,— говорит
Малашенко.
«Мы обратились в прокуратуру»
— И что он предложил?

— Малашенко предложил схему погашения
долгов акциями. Эту схему мы уже частично
обсуждали с Цимайло. Смысл ее в том, что «Газпром-медиа»
уже в этом году становится собственником 40%
акций НТВ. Надо оговориться, что 30% нам
принадлежит уже сейчас, а добавить они нам
готовы лишь 10%. Еще 25% передаются нам же в
залог по кредиту в $262 млн, срок выплаты по
которому наступает в июле будущего года. Из
них 20% НТВ продается на открытом рынке. Мы
оба стремимся к тому, что покупателем будет
независимый западный инвестор. Таким
образом у «Моста» остается 40%. И
контрольного пакета нет ни у кого (см. схему.—
Ъ).
Во всех остальных компаниях, кроме
НТВ, Малашенко предлагал нам 25% плюс 1 акция
в собственность сразу и 25% — в залог под
уже упомянутый кредит в $262 млн.

Смысл заключается в том, что у господина
Гусинского появляется риск, что
контрольный пакет перейдет от него к нам (если
он не сможет расплатиться по долгам). Этого,
как я понял, он меньше всего хочет. И поэтому
он будет изо всех сил искать деньги для
выплаты долга нам. Для нас это был
приемлемый вариант, надо было только
обсуждать детали. Я попросил Малашенко
прислать мне официальный документ с
предложением такой схемы и уехал. И вот в
пятницу 15 сентября я получил факс за
подписью Гусинского с изложением
совершенно другой схемы. Он отличался от
варианта Малашенко тем, что независимому
инвестору предлагалось продать не 20, а 9%
акций НТВ, а заложить в счет $262 млн не 25%, а
25% минус 1.

Принципиально здесь то, что в сумме эти
пакеты меньше контрольного, поэтому они не
стоят $473 млн (211 + 262). И «Газпром»
не смог бы вернуть свои деньги. Однако более
того, в варианте господина Гусинского было
даже условие выплаты ему компенсации за
якобы потерю контрольного пакета. Это было
просто издевательство над кредитором. Ну и
что, по вашему, я должен был после этого
делать? Разговаривать на языке Гусинского?
Нам стало ясно, что он уже шесть месяцев
водит нас за нос. В среду я слышу одно, а в
пятницу получаю другое. Мы обратились в
прокуратуру.

— Сначала «Газпром» рассказал о
договоре 20 июля.

— Первым обнародовал эту информацию не «Газпром»,
а несколько сайтов в Интернете.

— Один момент. Какие у вас взаимоотношения
с вашими акционерами? Они на вас не
обижаются и не говорят, что вы плохой
переговорщик?

— Мне никогда этого и не говорили. Нет.

— Неужели не говорят: «Что-то денег мы им
платим многовато. Весь доход НТВ — $50 млн
в год, а прибыль какая? Если вообще есть? И мы
платим $700 млн? Оно того стоит? Да и эта
сделка не удается… Сколько можно тянуть
время?» Неужели в «Газпроме» не
возникает таких вопросов?

— Нет. В «Газпроме» все знают, что за
фрукт господин Гусинский и как с ним тяжело
вести переговоры. И как тонко он может
обставить собственное банкротство как
банкротство свободы слова в России.
«У нас холдинг купят быстрее»
— А какова была роль Михаила Лесина во
всех этих переговорах?

— Господин Гусинский категорически
настаивал на том, чтобы Лесин поставил свою
визу на этом приложении 6. Я сказал Лесину,
что это мне бы здорово помогло. Потом к
Лесину приехал Малашенко, и он поставил
свою визу.

— Как вам кажется, Гусинский заранее
продумал возможный PR-эффект?

— Да, конечно, он хотел иметь на руках какую-то
бумажку, которую он потом бы мог пиарить. Мы-то
как раз считаем до сих пор, что эта бумага
лишний раз доказывает, что Гусинский это
делал без всякого принуждения. Сначала было
прекращено уголовное дело в отношении
Гусинского, а потом он подписал договор. Вы
читали это соглашение и особенно
приложение 6?

— Читал.

— Где вы там видели обязательства сторон?
Найдите хоть один пункт, где кто-то
обязуется.

— Там написано, что если мы, партия и
правительство, хотим купить «Медиа-Мост»,
то надо прекратить уголовное преследование
Гусинского.

— Где написано «партия и правительство»?

— Документ подписал министр. И «Газпром»
у нас кто контролирует?

— Не надо, не надо. У государства там 38% и
меньшинство в совете директоров.

— А разве государство у нас не может
надавить на «Газпром»?

— Это другой вопрос. Вот Лесин здесь
поставил подпись. Читайте: успешная
реализация соглашения возможна…

— …только в случае прекращения уголовных
дел. Поэтому если мы хотим реализовать это
соглашение, то мы должны добиться
прекращения уголовного дела.

Кто будет добиваться? Уголовное дело
возбуждают государственные органы. А Лесин
министр.

— Лесин не брал на себя никаких
обязательств. Приложение номер 6 было
подписано после того, как дело против
Гусинского прекратили за отсутствием
состава преступления. Через полчаса после
того, как он его подписал, он улетел в
Испанию.

— На пресс-конференции вы сказали, что
акции НТВ можно разместить на Западе. Но
Запад знает, что президент Путин отобрал у
Гусинского прессу и сейчас ее продает. И
Запад будет эту прессу покупать?

— Да. Я вам точно говорю, что, если мы
предложим западным компаниям купить
холдинг, это будет воспринято как
позитивная новость. Окажется, что все это
болтовня про зажим свободы слова, что
независимые СМИ в России сохраняются. Куда
уж независимее, если принадлежать какой-нибудь
крупной западной компании? Правильно?

— Да, наверное.

— И у нас холдинг купят быстрее, чем у
господина Гусинского. По двум причинам. Во-первых,
потому, что сейчас он в дефолте, а компанию,
находящуюся в дефолте, никто не покупает, во
всяком случае за приличные деньги. У нас,
когда мы зачтем ему долги, дефолта
фактически не будет. Соответственно,
компания, свободная от долгов, может начать
переговоры с другими кредиторами по
реструктуризации и т. д. Все кредиторы
разумные люди, и они прекрасно понимают, что
у компании появится перспектива — в
отличие от тех времен, когда ею владел
господин Гусинский и жил только за счет
заемных средств. А во-вторых, мы готовы
продать контроль. В отличие от господина
Гусинского, который контроль не готов
продать никогда, ни при каких
обстоятельствах. Потому что он говорит,
если я продам контроль, значит, я червяк, а
он не червяк.

— Кому он это говорил?

— Малашенко рассказывал, что он так говорит
ему каждый раз.

— И 13 сентября говорил?

— Да. Если я продам контроль, значит, я
червяк, со мной можно обращаться, как хочешь.
А тут я крутой.
***

 

Источник прессы: www.compromat.ru
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.